Mio-A
Девки, девки, снимайте трусы...пацаны идут!!!!!! ИДИОТКИ!!!! Че вы делайте? С веревки!
Название: "Клены"
Автор: Cuarto
Бета: Tihho
Пейринг: Бьякурен
Рейтинг: пока никакого
Жанр: агнст
Дисклеймер: нимае
Статус: закончен
От автора: бред?

Первая глава
Вторая глава
Третья глава
Четвертая глава
Пятая глава

Как дикий зверь, сорвался ты с цепи
И лег покорно возле моих ног
Не видишь: укротитель укрощен.
Scheine.


- Ренджи, ты не пойдешь на праздник, надеюсь, ты в курсе?
- Не пойду, конечно. Я всех уже предупредил.
Да? Что ж, хорошо.
- А мы можем вместо этого хотя бы погулять вместе?
- Где?
- Ну, хоть в саду у тебя.
Ты иногда бываешь странным.
- Мне не казалось, что я запираю тебя дома, когда гуляю в саду.
- А мне не казалось, что вы хотите, чтобы я вам мешал.
Это… это ты так у меня вытягиваешь признание того, что я хочу, чтобы ты был рядом? Хм. Не думаю. Скорее всего, я как обычно домысливаю.
- Нет, я не против, чтобы мы гуляли вместе.
- Я рад… Может…
- Давай поужинаем на воздухе?
- Было бы здорово, - улыбаешься, и так тепло на душе становится…
Сколько уже прошло? Четыре месяца? Да, мы уже разменяли пятый. И теперь только так – «мы». Ты, я, мои разум и гордость. Сколько всего произошло… Ревность, подозрения, причем с обеих сторон, да по пустякам, и целые недели молчания, заканчивающиеся твоими ласковыми объятиями и моим против них бессилием. Дискуссии над стихотворениями, откопанный тобой в моей библиотеке старинный том по истории Сейрейтея, случайно вырванная страница, разбитая ваза, порванные фусума, и нежные поцелуи в новогоднюю ночь, и мой день рождения, принесенный тобой с грунта диск классической музыки мне в подарок, и проигрыватель для него, с которым ты потом бегал, пока Маюри не сделал тебе для него… батарейку, кажется. Чего только не было.
И тренировки, бесконечные тренировки, на которых ты всю злобу, все возбуждение, как физическое, так и эмоциональное пытался выплеснуть, полосуя воздух, в мочалки избивая манекены и бокены. Если в додзе в поместье – грех не понаблюдать, да и ты, завидев, замирал, как-то неловко растягивая губы в улыбке, и принимался с удвоенной силой, скоростью, выписывать в воздухе сложный узор ката. До катящегося градом пота, до хриплого, сорванного дыхания. И подходил, словно падал рядом, заваливался на бок, несколько минут просто лежал, раскинувшись, улыбаясь прикосновениям моих пальцев, медленно очерчивающих татуировки на лбу.
Отчего-то меня ты так ни разу и не попросил тебя тренировать. А когда спросил, улыбался, целовал мою пойманную руку, да отмалчивался, что-то смущенно бормоча лишь о том, что и думать больше о драках со мной не хочешь.
А еще были взгляды… Были ласковые, нежные, улыбающиеся мне, а были грустные, были усталые, замученные и даже злые, больно царапающие самое сердце. Злился, и словно пугался собственной злости – замирал, опускал взгляд и отворачивался, позже молчаливо извиняясь, поцелуями, или появляющимися на капитанском столе цветами…


Ренджи… Я не перестаю задумываться, как ты изменил мою жизнь. Как, как вообще мог ворваться в ее размеренное течение подобный тебе язычок пламени, освещая и грея все вокруг? Я не могу еще объяснить и открыть тебе все свои переживания и думы, а ты не можешь понять мою, столь часто заторможенную, реакцию на все твои выходки. Ведь гораздо проще огрызнуться, мгновенно огородившись стеной отстраненности, чем хоть ненадолго доверится, и хотя бы просто принять ласку и заботу, которыми ты так щедро и бездумно меня одариваешь. Но, кажется, доверься, открой душу хоть на секунду – и вырваться не будет уже никаких шансов.
Как и сейчас: я оглянуться не успел, как очутился на небольшой полянке в саду, до неузнаваемости тобой за пол часа измененной – небольшие фонарики на ветках деревьев, и даже несколько колокольчиков, тонко звенящих от легкого ветерка. А ты, посадив меня возле одного из достопамятных кленов, уже снова умчался куда-то, поймал у открытых фусума слуг, очевидно ревниво не желая, чтобы сюда приближался кто-то еще, и сам принялся за расстановку еды на расстеленном покрывале. А я, в кои-то веки смирившись с твоей заботой, просто чуть улыбаюсь, наблюдая за твоим мечущимся в разные стороны алым хвостом…


Бьякуя… Чем я снова заставляю тебя задуматься? Желанием превратить простой совместный ужин в романтический вечер? Неужели это не естественно для влюбленного человека? Вздыхаю и бегу к дому, прогонять слуг – кыш, кыш отседова, нечего смотреть на соизволившее присесть на землю его капитанское величество. Моё капитанское величество. А ты сидишь и глазами хлопаешь, нет-нет, не как девушки умеют делать это, да и вообще, вряд ли что-то в лице твоем изменилось, да я все равно отчего-то знаю, снова я тебя чем-то озадачил. Наверняка что-то давнее, руконгайское на свет выбралось, в привычках ли, в жестах моих, манерах, и царапает тебе теперь хрупкую, воздушную привыкшую к красоте и изяществу душу. Ну уж что поделать. Расставляю еду как можно аккуратнее, поправляю все по несколько раз – как не хочется снова от тебя какое-нибудь замечание получить, как не хочется… Затылком чувствую твой взгляд, и терпеть затянувшееся молчание уже нет сил – поворачиваюсь, серьезно хмуря брови и опуская взгляд, и вижу твою улыбку. Сколько подозрений, сколько страхов, а ты, оказывается, просто молча наблюдал за забавными потугами лейтенанта…
- Кушать будешь?
- Буду, Ренджи.
И снова улыбаешься. Как же это здорово – не искорки эмоций читать в твоих глазах, а просто видеть – ты рад, тебе хорошо, и я правильно все делаю… Ты просто выбиваешь меня из колеи иногда. И остается только сидеть, уткнувшись тебе в плечо, позабыв о том, что недавно есть хотел, и о том, что тебе, наверное, неудобно, и с каждым вздохом удивляться, как все сильнее начинает кружиться голова…
Нет. Нет, стоп. Ну улыбнулся… Что теперь? Ох…
- Ренджи, ты не голоден?
- Да я не знаю… Пока не хочется.
А как мне тебе рассказать, что голоден, очень, да только не в еде дело? Ведь и сам знаешь прекрасно, да только доверился мне, и не думаешь об этом. А я думаю. Теперь – да. Потому что стоит подумать, и остановиться уже невозможно, да и чего я хотел, после стольких месяцев воздержания?
- Что-то не так?
Не смотри на меня… Не смотри на меня, и я не буду отворачиваться, я не буду краснеть и с еще большим скрипом соображать. Как же хочется под землю провалиться… Чтобы не сидеть здесь, и не портить тебе восхитительное настроение, так редко у тебя бывающее.
- Ну я… - улыбаюсь натянуто, смущенно потираю переносицу, - ничего такого, не обращай внимания.
Хорошо хоть форму не переодел.
- Раз ты так говоришь… - тянешь задумчиво, а улыбки на лице и в помине нет…
Накрывает как-то сразу. Вина за испорченное настроение, нежность, желание – я и не знаю, что стало последней каплей. Слишком много всего, и, кажется, даже не страсть вовсе заставляет повалить тебя на землю. Мой, мой!.. Придавливаю тебя к земле всем весом, прижимаю к себе тонкое, теплое, желанное тело. Что я делать без тебя буду? Как буду жить? Ты моим должен быть, только моим, безраздельно, всецело! Так люблю тебя, и не верится, что ты не чувствуешь моих чувств, не ощущаешь, как и я – «моим, только моим»!.. Зачем, зачем ты отталкиваешь? Зачем отворачиваешься, не даешь поцеловать? Ничего, ничего – целую шею, такую тонкую, белую, и кадык, и бьющуюся под кожей жилку… Ну вот, расслабляешься, опускаешь руки, вздыхаешь. Люблю, люблю, люблю тебя. И только внутри, ниже сердца, странно бьется неприятное чувство – что, что, что? Не думать. Не сейчас – нельзя. Просто… Просто, на счет три, не думая, не задумываясь, просто взять, и скатится с придавленного тела, откатится в сторону, словно на тренировках, от нападения. И уже там, в стороне, сбросив мутную пленку с сознания, беззвучно кричать, вырывая не в чем неповинную траву с корнем. Только не думать уже не получается – что, что я делал? Жить не могу, хочу чтобы моим был?! И, новой волной, - апатия. Я… Я безнадежен. Всего-то нужно было – подождать… Остается только обхватить голову руками. Жутко как. Жутко… Не человек. Животное.


Получил? Доволен?
И не думал, что можно так обманывать себя. А ты… Ты мне мозги хорошо вправил.
Руки трясутся… Хорошо ты лежишь лицом в землю уткнувшись – такого меня видеть нельзя. Никому. Голого. Абсолютно голого, всему миру открытого, дрожащего и сгибающего спину. Хватит. Закрываю глаза и расслабляюсь, унимая дрожь. И я уже адекватно могу воспринимать происходящее. Обдумать, по привычке, все, что было пережито одними чувствами, когда мысли просто терялись в выстроенном мной же лабиринте.
Произошло-то, подумаешь, что – ты мужчина, я мужчина, как никак, потребности одинаковые, да только ты больше от такого зависим. Что я хотел, ограничивая тебя от секса? Удивительно, что такого не происходило раньше. Подумаешь… Захотел… Но сдержал себя ведь. Глупость какая. Глупость, а вскрыла меня изнутри, словно нож.
Ведь я испугался. Испугался так, что бездумно отталкивал тебя с минуту, лишь потом усилием заставив себя расслабиться. Испугался тебя, что не сдержишь обещания, испугался себя, что в таком случае не позволю тебе остаться со мной. И, больше всего, одиночества, за этим бы последовавшего. Но ты смог, смог остановиться, я ведь тогда уже не отталкивал тебя…
Слишком я привык… Слишком врос в тебя, так, что расставание пугает до паники. На неосознанном уровне - так-то я, конечно, с собой совладать смогу. Я, не замечая, полностью тебе доверился в надежде то ты выполнишь обещание. Но ведь ты и просил – доверия. Ведь так нечестно – ты полгода уже мучаешься ради меня, я же ничего еще не сделал.
Ты лежишь, обхватив голову руками, страшно скрючив пальцы, взъерошившие волосы. Ты тоже переживаешь?
- Ренджи…
- Бьякуя… Кучики-тайчо. Простите…
- Ничего.
- Я же… Чумной… Я не знаю, что нашло на меня. Если вам противно теперь – я понимаю, самого воротит.
- Мы на «вы»? Ренджи…
- И если вы прогоните меня…
- Ренджи!
- Я же как животное, я понимаю вас теперь, во всем, что вы сказать хотели… Я не то что до луны дотянуться, я до человека не дотягиваю.
- Перестань.
Дурак… Как додумался-то до такого? Что думаешь, я не хочу тебя? Ох Ренджи, с моим самоконтролем и рад бы страстным быть, да все равно ограничиваю себя во всем. Сажусь рядом и провожу по твоей спине.
- Я верю тебе. Верю. Что ты выдержишь и исполнишь данное слово.
- Бьякуя…
Давно… Давно так не было. Так, что подмывает ласкаться и нежничать… Что ж ты сделал со мной?
- Животное… - ложусь сверху и осторожно обнимаю за шею, так, что твой подбородок теперь на моих руках, а я носом утыкаюсь тебе куда-то за ухо, - тигр, не иначе.

@темы: Блич, Бьякуя/Ренджи, Фанфы