Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
14:55 

Без названия

Mio-A
Девки, девки, снимайте трусы...пацаны идут!!!!!! ИДИОТКИ!!!! Че вы делайте? С веревки!
Название: Не обозвано.
Автор: Animus_Incertus
Бета привязала тапок к лицу. Задохнулась…
Пейринг: Бьякуя/Ренджи.
Рейтинг: NC-17
Дисклеймер: герои не мои, даже не претендую.
Предупреждение: яой, нецензурная лексика.
Жанр: недоPWP.

- Я, кажется, уже тебя отпустил и сказал идти, Ренджи.
Хотя было уже довольно поздно, Бьякуе пришлось несколько раз повторять лейтенанту, что на сегодня его обязанности выполнены, а он – свободен. Но фукутайчо стоял в дверях, переминаясь с ноги на ногу, царапая по стене ногтями, нервно кусая губы и не осмеливаясь поднять на капитана бегающие глаза.
- Кучики-тайчо… ксо… я… ну… сказать вам хотел…
Он замолк и стиснул зубы. «Блять, - подумал Ренджи, - Я идиот. Самоубийца…..» .
- Так что, Абараи? – холодный и уже недовольный тон. Пронзительный взгляд тёмных глаз словно насквозь сверлит.
Последовала довольно долгая пауза, за время которой лейтенант сжал кулак так, что ногти впились в ладонь, и опустил голову ниже плеч.
- Абарай, вы меня задерживаете, – Бьякуя встал из-за стола. Почему Ренджи так волнуется? А ведь обычно, какая бы ни была тема, он всегда умеет выпалить всё в лицо.
Лейтенант поднял голову – его выражение лица стало почти мученическим.
- Вы что-то доложить хотели, – такой ледяной и немного раздражённый тон – отличный способ скрыть заинтересованность и, ещё того хуже, волнение.
- Нет, просто сказать, – единым духом выпалил Ренджи, подходя к капитану, однако сделать дистанцию меньше двух метров он не решался, – Кучики-тайчо, я… - и снова молчание. «Всё, я труп. Признаюсь или не признаюсь – не имеет значения».
- Абарай!
Ещё шаг навстречу.
Лязг.
Сенбонзакура оказалась вытащенной из ножен на несколько сантиметров.
Ренджи отшатнулся назад и, вдруг подняв голову, внезапно заорал:
- Ксо!!! Почему надо по любому поводу хвататься за зампакто?! Я.. я же не собирался нападать, я только хотел сказать, что… что… - воздуха не хватало, он осёкся, ещё раз полоснул капитана затравленным взглядом, и, судорожно схватив ртом воздух, выкрикнул: - Ненавижу!!!
Он нервно развернулся, тряхнув растрёпанным хвостом красных волос, хлопнул дверью и так быстро, как мог, унёсся к себе.

…Спустя уже долгое время он вдруг подумал – а почему вдруг он себя так повёл? Нахрен было так вот убегать? А уж если орать, то среди всего можно было и выпалить, наконец, чёртово признание. А Ренджи всё равно злился на Бьякую какой-то необычной для себя выжигающей злостью, которая путала мысли, завязывая в морские узлы логические цепочки, не находила выхода, не ставила целей и ещё и заставляла ругать себя за то непрошеное и непростительное, что поселилась у него в душе.
Он уже довольно долго сидит у себя в комнате и просто думает ни о чём – точнее, изобретает всякие смерти злополучному капитану. От его руки, естественно…. Зато, если это случится, Ренджи станет свободным…
А почему вдруг именно сейчас такой приступ бешенства?..
Только за то, что человек, никогда не отличавшийся особой любовью к долгому ожиданию, да который ещё и выше него по должности, чуть не вытащил меч в присутствии Ренджи? Ха-ха-ха.
Нет, сейчас у Абарая в мыслях было не только это – у него перед глазами проносилось всё - все их общие миссии, их совместная работа - и, главное, всё это отлично показывало отношение Бьякуи к нему.
Это его невыносимое холодное презрение, безразличие, какая-то надменная снисходительность ко всему миру – и к Ренджи в частности.
Привязанность лейтенанта к «этому высокомерному» как будто противопоставлялась этому. Да ещё и вместо того, чтобы как-нибудь раз и навсегда взять и заткнуться нафиг, только полыхала внутри жгучим огнём, с каждым днём распаляясь.
Правда ли он искренне ненавидел тайчо в данный момент? Нет? Но очень хотелось бы. Это был бы наилучший выход.
А такое хождение по чувствам в не самой чистой обуви – отличный повод для злости, которая должна была перейти в антипатию.
Но ярость именно такой становиться не собиралась. И походила больше на обиду.…
- Сволочь…… лучше бы я и правда тебя ненавидел… - зачем-то проскулил в тёмную пустоту комнаты Ренджи.
И тут же он услышал ровные приближающиеся шаги.
Походку Абарай даже на слух узнал бы из миллионов.
«Сюда идёшь, - стиснул зубы лейтенант и посмотрел в окно – на луну. – Чего забыл, на ночь глядя? Извиняться припёрся? Правильно… чтоб тебя!»
Шаги стихли у двери.
Ренджи сидел тихо, как мышь, глядя то на дверь, то на тихую луну за окном. Прошла минута гробовой тишины.
«Стоишь.… Вот чего ты там так долго торчишь? Нет уж, всё равно зайдёшь… Гордый? Ну, блять, и я тоже гордый, буду сидеть, и ждать буду, пока ты сам не подойдёшь, первым!»
Однако время шло, а из-за двери не было слышно никаких движений. Ни звука, и шороха.
«Ксо, что за херь? Исчез он, что ли?» - подумал лейтенант, и ещё после десяти-пятнадцати секунд бездействия любопытство взяло верх.
Он подошёл к двери, открыл её и сразу «напоролся»:
- А я уже и собрался уходить. Решил, что ты всё-таки спишь, - сухо бросил Бьякуя. Он стоял, прислонившись спиной к стене сбоку у самой двери и даже не повернулся к мрачной физии стоящего в дверях фукутайчо.
Ксо, вроде Бьякуя, как Бьякуя, в шарфике и с заколочками, а на себя не похож.
- Чего пришёл? – поздоровался Абарай глухим хриплым голосом.
Тот усмехнулся.
- А ещё мне интересно знать, кто дал тебе право обращаться ко мне на «ты»? – Ещё одна ухмылка. – Хотя, собственно, после того, что ты хотел мне сказать, и того, что бы я тебе ответил, думаю, ты можешь больше не ограничивать себя субординацией – по крайней мере, когда мы наедине.
Стоило Ренджи вдуматься и понять смысл фразы, обида и злость прошли моментально, уступив место дикому изумлению и любопытству.
- Что?! Так ты…. - он втащил его в свою комнату и прижал за плечи к стене. Как ни странно, Бьякуя даже не подумал вырываться. – Как ты понял?! Я же… - он отвёл глаза.
- Никакой другой вопрос не заставил бы тебя так сомневаться. Да и тем более я давно уже заметил перемену в твоём поведении. – Кучики снова усмехнулся, однако должного эффекта это не произвело, а лейтенант оперся о стену уже локтями, уменьшив расстояние между собой и ним.
- Мог бы и обойтись и без зампакто, раз проницательный такой …. Бесишь иногда. И всё равно….. – от его дыхания иссиня-чёрные пряди Бьякуи еле заметно качнулись. – И всё равно… я…
Ещё секунда – и Ренджи обнял его, жадно приник к ровным прохладным губам, жмурясь и всё-таки ощущая на себе почти испытующий взгляд.
Целовать его он мог вечность. Ощущать необычную близость, на секунду обжёгшись свежим жарким дыханием, исследовать его рот языком; рукой перебирать чёрные пряди, не глядя, только чувствуя.
И только когда через несколько минут воздуха стало категорически не хватать, Ренджи отстранился, открывая глаза и останавливая поцелуй.
- Люблю… - ещё раз выдохнул он, пытаясь перевести дыхание. –
Прошептав ещё какие-то слова, Ренджи аккуратно, но быстро размотал Гинпаку и кинул в сторону и, спустив капитанское хаори и косодэ, стал покрывать бледную нежную кожу поцелуями. Сам же Кучики-тайчо всё это время стоял почти безучастно, словно только наблюдал за происходящим со стороны. И только когда Ренджи какими-то почти бесконтрольными рывками сорвал с него косодэ и хаори и бросил их в угол, его глаза сверкнули секундным пламенем чувства, которого так и не удалось разобрать.
Однако когда Абарай, несколько раз проведя кончиками пальцев по бледной коже капитана, попытался оттащить и столкнуть его на футон, Кучики внезапно извернулся и подставил ногу так, что Ренджи споткнулся и упал бы, не подхвати его Бьякуя. Лейтенант вцепился ему в плечи, прекрасно понимая, что сам он подняться или сохранить равновесие не в состоянии, а если отцепится и упадёт – то точно потеряет все завоёванные позиции.
- Абарай, на что ты рассчитывал, производя последние действия? – прошептал Бьякуя, приблизив своё лицо к нему. Ренджи успел только мысленно окрестить тайчо коварной тварью, прежде чем его бросили на футон на колени и быстрыми движениями раздели до пояса. – Я не позволю тебе диктовать правила.
- А почему нет? – попытался усмехнуться Абарай, садясь на пятки.
- Пойми сам, - Кучики обнимал его сзади так, что его руки оказались плотно прижаты к телу, и сам почти касался губами смуглых широких плеч – горячее дыхание снова будто огнём жгло кожу. Ренджи почувствовал, как на него накатила волна возбуждения - уже не первая – и повёл плечами, пытаясь хоть на секунду почувствовать прикосновение губ капитана, но тот, словно дразня его, отстранился на те сантиметры, которых так и не хватило до контакта.
- Какой же ты нетерпеливый, Абарай… - и Ренджи в ответ неизвестно зачем ещё раз выругался и дёрнулся, одновременно желая и не желая вывернуться из его рук, но тут же замер, почувствовав, что Бьякуя нежно провёл губами по его шее, поднимаясь, и прихватил мочку уха, – настолько, насколько это было нужно, чтобы лейтенант напрягся и вцепился в свои хакама пальцами.
Влажные поцелуи спустились на спину Ренджи, и тот уже не пытался скрыть, что сквозь его порывистое дыхание прорываются тихие стоны – Бьякуя не оставлял без внимания ни один сантиметр на спине, то закусывая и посасывая кожу, то проводя языком по резким чёрным линиям татуировок, и лейтенант с рваными полустонами-полувыдохами прогибался ему навстречу. И когда капитан потянул затянутые пояса хакама, Абарай сам резкими жестами развязал узел и, привстав, стянул с себя хакама.
Однако сесть обратно не дал ему Кучики – заставил опуститься на локти.
- Бьякуя… - губы Ренджи едва шевельнулись, после чего последовали какие-то не особо раздельные слова о местонахождении смазки. Кажется, Бьякуя их все же разобрал, однако искать что-нибудь пока не спешил и стал почти невесомыми прикосновениями ласкать бёдра и ягодицы Ренджи.
Последовала секундная пауза - лейтенант слышал шорох за спиной – Кучики избавился от остатков одежды.
- Тише, - словно предупреждая, прошептал тайчо, и Ренджи почувствовал, как руки капитана вцепляются в его поясницу, а в следующий момент Кучики резко взял его, ворвавшись сразу почти до основания и заставив издать протяжный крик и дёрнуться.
- Больно… - быстро выдохнул Ренджи, падая на живот и полностью выпуская его из своего тела, - Больно… - он уткнулся лицом в сложенные руки.
- Я думал, ты хотя бы потерпишь, Абарай, - Кучики лёг на него так, что он чувствовал его неровное дыхание где-то на шее, у самого его уха и услышал тихий разъярённый шёпот: - А мне, по-твоему, не было больно, когда ты бегал по Сейретею под ручку с Изуру или Хисаги?
«Блять», - подумал Ренджи, вспоминая неудачные попытки забыть в чьем-нибудь обществе о капитане, и своей, как он раньше полагал, безответной любви к нему, но, предпочёл о таком способе «развеяться» на данный момент умолчать, потому что сразу стало как-то неловко, хер знает почему.
- Отвечай.
- Прости… - Абарай повёл плечами, пытаясь освободиться, но его только прижали сильнее. – Нет, правда, извини, я… - он пытался ещё что-то сказать, но Бьякуя, прерывая дальнейшие объяснения, резким рывком перевернул его на спину, чуть не спихнув с футона.
- Не думал, что всё придётся начинать с нуля, - быстро проговорил он, разворачивая Ренджи за подбородок и почти силой навязывая ему свой поцелуй.
Он лежал вплотную к нему, опираясь на локоть и второй рукой водил по телу лейтенанта, то прихватывая тёмные соски, то спускаясь к низу живота и слегка касаясь напряженной плоти. Всё это сводило Ренджи с ума, и он вцеплялся пальцами в футон, слабо дёргался и тихо постанывал сквозь поцелуй, который ему долго не позволяли расцепить – пока он не отвернул голову в сторону от капитана, чувствуя, что ему уже не хватает воздуха и что губы уже искусаны до крови. Его дыхание стало тяжёлым и порывистым, а глаза словно затуманились.
Тайчо, не спуская с него глаз, изучая реакцию, провёл рукой от его шеи по груди и животу, несколько раз провёл по бёдрам, слабо стиснул разрывающийся от напряжения член и тут же убрал руку.
Ренджи выгнулся, отозвался каким-то сдавленным скулежом и нетерпеливо завозился на футоне, несколько раз всхлипнув – ощущение внутренней пустоты уже почти стало причинять боль. Однако через секунду он уже вцеплялся в футон с рваными стонами, когда капитан протолкнул прохладные и влажные от смазки (и когда успел?) пальцы неглубоко в его тело.
- К-ксоо… Бьякуя!.. сильнее…
Абарай и не посмел надеяться, что его мольба будет исполнена, однако движения действительно стали резче, растягивая тесное кольцо мышц, и лейтенант то резко изгибался навстречу, то замирал, пытаясь лежать неподвижно хоть какое-то время. И всякий раз, когда так случалось, Бьякуя делал какое-то особо резкое движение, не позволяя совершить вообще что-либо не по своей воле.
Он усмехнулся и нагнулся к его лицу.
– Я хочу слышать, как ты закричишь, - тихо произнёс он, но Абарай из упрямства всё же ограничился порывистыми полувздохами-полустонами, и Бьякуя, неудовлетворённо усмехнувшись, коротко коснулся его губ второй рукой. Одновременно с этим его пальцы как-то нарочито медленно выскользнули из тела лейтенанта, который дёрнулся вслед за ними, тяжело дыша.
- Этого… недостаточно… - прохрипел он, раздвигая согнутые в коленях ноги. – Я же просто свихнусь, если ты не…
- Да разве? – прервал его капитан, однако всё же устроился между его ног, придерживая колени, позволяя почувствовать свою дразнящую близость, и вскинул смуглые длинные ноги к своему поясу. – Тебе удобно?
Да пошёл ты, мысленно отозвался лейтенант, цепенея от сладострастия. Быстрее бы!..
И, не дожидаясь, пока эта фраза будет произнесена вслух, Бьякуя приподнял его бёдра и с силой толкнулся в разгорячённое, нетерпеливо ждущее его тело. Голос подвёл Ренджи - его громкий неистовый крик отразился от стен; сам он вскинулся навстречу, совсем отсылая к меносам самоконтроль. Кучики рывком вошёл в него уже до основания, двинулся внутри, задавая почти сразу бешеный темп – но меньшего и не вынес бы ни один из них…
- Абараи, - слова вырывались с сильным ритмичным придыханием, - ты теперь… будешь принадлежать мне…. слышишь? Всегда…
- Да… Бья… Бьякуя… я буду… твоим… - надломленный шёпот прервался, когда Кучики накрыл его пересохшие губы, целовал почти с грубостью, неистово, страстно…
Дальше лейтенант уже не мог больше ничего вспомнить – мир превратился в размытые краски, запредельно приятный раскалённый жар и необыкновенное наслаждение, накатывающее сильными ритмичными волнами, с каждым новым толчком. Не помнил, как извивался по футону, как сжимал ногами своего – теперь уже во всех смыслах – капитана, как, резко прогибаясь и запрокидывая голову, поднялся почти в полусидячее положение, опираясь на локти. Не слыша своих хриплых и даже почти жалобных криков, он до алых пятен вцеплялся в покрытую незаметной испариной спину капитана, и через какое-то – неизвестно – время почувствовал, что внутренности скрутило в тугой жгут, и он с последним протяжным стоном кончил, забрызгав живот Бьякуе – тот в последний раз вдавил его в футон и тоже не выдержал.
…Он, шумно дыша, свалился сверху на лейтенанта, и ещё долго лежал, целуя везде, где мог: губы, лицо, шею, плечи, упивался своей властью над ним и своей любовью к нему, его готовностью вечно быть рядом, которую он чувствовал, и его безграничным обожанием…
А потом, ещё через некоторое время, когда она уже просто лежали рядом, Бьякуя мягко положил руку на его живот и стал аккуратно, одними кончиками пальцев гладить, словно возвращая к жизни каждым невесомым прикосновением. Ренджи натянул на обоих одеяло (спустя несколько минут, когда уже способность свободно двигаться полностью вернулась к нему.)
Какое-то время оба все равно лежали молча, приходя в себя окончательно. Температура в комнате для них сильно понизилась. Капитан посмотрел на Ренджи, лежащего рядом на боку, как-то с неодобрением (тот по-разному искривил брови, изображая непонимающий взгляд), потом уложил его на спину и положил голову ему на плечо.
…Сказать, что глаза у лейтенанта превратились в блюдца – значит ничего не сказать, однако тайчо,
коротко усмехнувшись про себя, только коротко сказал обычным тоном:
- Спи.
- Кто бы говорил, - проворчал в ответ Ренджи.
…Когда он открыл глаза, было часов пять утра. Странно.
…!!!!!
Вроде как засыпали по-другому немного – а сейчас Бьякуя лежал, крепко прижимая к себе одну руку Ренджи, спокойно дыша и иногда почти незаметно касаясь губами плеча лейтенанта.
«И во сне лицо почти не меняется», - подумал Абарай. Он попытался вытащить затёкшую руку, но безуспешно: Кучики во сне вцепился в него ещё крепче и ослабил хватку только тогда, когда он перестал ворочаться.
«Очень необычно, Кучики-тайчо… – с улыбкой на губах подумал Ренджи, убирая иссиня-чёрные шёлковые пряди с бледного лица, - ты такой… беззащитный, что ли… и так хорошо это скрываешь!.. Но знаешь…. Я всегда буду рядом. Именно для таких случаев, когда ты не сможешь спрятаться за свою невыносимую маску».
Он снова закрыл глаза.
Кучики-тайчо продолжал спать непривычным для себя самого спокойным сном.
…Утро было тихим.

@темы: Блич, Бьякуя/Ренджи, Фанфы

URL
Комментарии
2011-04-19 в 12:14 

The game is on! | Низкорослые, наглые эреборские ежи! | Hail Satan and have a lovely afternoon
:inlove::inlove::inlove:
кажется после этого фика я полюблю этот пейринг! оно шикарно!

2011-11-27 в 16:51 

clempope
О,как давно я искала этот фик!!!!!!!!!!!!!!!!!!Это абсолютно каннонные мои любимые!Можно я это чудо упру.умоляю на коленях!!!!

2011-11-27 в 16:52 

clempope
Скидываю арт по этому фику.

   

Neigung

главная